Часть I

Первый транш, 300 миллионов долларов, уральский бизнесмен получил в 2008 году. Оставшуюся сумму владелец НЛМК обещал перечислить через три месяца, после завершения финансовой проверки «Макси-групп» и ее дочерних предприятий. На этом мирный этап взаимоотношений уральского бизнесмена с богатейшим человеком страны закончился. Представители Новолипецкого металлургического комбината заявили, что прежняя оценка «Макси-Групп» чрезмерно завышена. А потому, Николай Максимов, даже не получив оговоренной суммы, стал должником НЛМК. В обоснование своего странного заявления, сотрудники Владимира Лисина предъявили выкладки аудиторской компании PricewaterhouseCoopers. Оказалось, что своим новым положением Максимов обязан нехитрой манипуляцией с цифрами отчетности. Именитые аудиторы посчитали долг перед компанией, так называемую дебиторскую задолженность, долгом компании. И выявили разницу с первоначальной ценой в 30 миллиардов рублей. Сфабрикованные PWC результаты проверки были подкреплены столь же сомнительным заключением компании «Гагарин и партнеры», за подписью ее основателя, члена совет директоров НЛМК, курирующего корпоративных юристов.

Конечно, в любом другом случае шаткость юридических позиций «партнеров» свела бы на нет всю задуманную ими комбинацию по «выдавливанию» Максимова из его же собственного бизнеса. Правоту основателя «Макси-Групп» подтвердили экспертные заключения таких известных специалистов, как член-корреспондент РАН, доктор юридических наук С.С. Алексеев, профессор С.А. Степанов, доктор юридических наук, профессор В.А. Бублик, профессор Ю.Л. Шульженко, вице-президент российского общества оценщиков И.Л. Артеменков, доктор экономических наук, профессор Л.И. Куликова, и доктор экономических наук М.В. Мельник. Но этого оказалось недостаточно. После перевода ключевых производственных активов «Макси-Групп» на баланс структур НЛМК путем аукционов и просто прямой продажи (в нарушение соглашения акционеров), компания была фактически разрушена. А Николай Максимов, по-прежнему владеющий долей в 50% минус 1 акция холдинга, полностью отстранен от корпоративного управления.

Попытка оспорить законность аукционов, в ходе которых собственность «Макси-Групп» перетекла к богатейшему человеку страны, успехом не увенчалась. Все инстанции, включая Высший арбитражный суд и ФАС, отказались рассмотреть требования Максимова, по причине «отсутствия права на иск». Причина, в силу которой судьи решились на дипломатичный саботаж, особых вопросов не вызывает. Богатейший человек страны располагает достаточным ресурсом, чтобы оградить свою персону от публичного позора. А в ходе объективного судебного процесса история его «партнерского грабежа» наверняка получила бы должную оценку. И дело тут даже не в проплаченном заключении аудиторов PricewaterhouseCoopers. Рейдерский механизм поглощения «Макси-Групп» не оставлял его основателю ни одного шанса. Так, по условиям так называемых «аукционов», участвовать в них могли только компании из группы НЛМК. А потому, в нарушение договоров залога, цена активов оказалась почти в десять раз ниже первоначально оговоренной.

Продолжение...